Бизнес коучинг. Чем поможет бизнес коуч

Самые лучшие и честные брокеры бинарных опционов в 2020 году:
  • Бинариум
    Бинариум

    1 место! Лидер на рынке — самый честный брокер бинарных опционов!
    Идеально для новичков — предоставляется бесплатное онлайн-обучение и демо-счет!
    Получите бонус за регистрацию по ссылке:

Десять лучших бизнес-коучей России

Совместное исследование журнала «Секрет фирмы» и компании «Амплуа».

Коучи — это советники наоборот. Они консультируют топ-менеджеров, но получают деньги за вопросы, а не за ответы. «Секрет фирмы» и компания «Амплуа» провели исследование и представляют десятку лучших бизнес-коучей России.

Эти люди не несут никакой ответственности за результаты своего труда. Они очень редко вмешиваются в работу тех, кому помогают. Иногда они наносят прямой вред компаниям — бывает, что после работы с ними лучшие менеджеры вдруг принимают решение сменить работодателя. При этом бизнес-коучи зарабатывают хорошие деньги: размер их среднего гонорара за последние два года увеличился на 10% и сейчас составляет примерно $500 в час (в исключительных случаях до $3 тыс.).

Чем же они занимаются? Этого часто не знают даже сами заказчики. «Многие клиенты не понимают сути нашей профессии, — говорит коуч Александр Савкин. — В их представлении нет никакой разницы между коучингом и «дрючингом»».

На самом деле разница есть. Бизнес-коуч — это консультант, помогающий менеджеру в достижении целей (на профессиональном языке подопечного называют «коучи»). Коуч может использовать в работе любые методы воздействия, лишь бы подопечный достигал своей цели сам. Среди работающих на рынке специалистов выделяются так называемые психологи, считающие, что смысл их деятельности — изменить глубинные поведенческие установки подопечного. И есть «технологи», полагающие, что нужно воздействовать на рациональную сторону его натуры. «Существует множество образов профессии: коуч может быть доктором, нянькой, спарринг-партнером, ментором-наставником и даже дорогостоящим «собеседником по вызову»», — считает профессор бизнес-школы ESMT Константин Коротов. «С одной стороны, коуч — это персональный аудитор, проверяющий, насколько эффективно человек идет вперед, — говорит управляющий партнер компании «Амплуа» Юлия Ужакина. — С другой — диггер, побуждающий подопечного искать скрытые резервы для решения своих задач».

Востребованность коучинга в кризис не должна удивлять: чем ближе менеджеры к исполнению своих профессиональных и личных целей, тем лучше идут дела у их работодателей. Именно поэтому большую часть доходов — как в России, так и во всем мире — коучи получают от корпоративных заказчиков. Однако, обращаясь за помощью к бизнес-коучу, компания рискует получить кота в мешке: из-за высокой популярности такие услуги начали предоставлять все кому не лень. «Вместо коуча вам может попасться тренер, который унюхал, что на коучинг есть спрос, и переправил себе визитку», — говорит Юлия Ужакина.

Компания «Амплуа» и «Секрет фирмы» решили снять завесу тайны с профессии и выяснить, кто они — лучшие российские бизнес-коучи. Мы ввели строгий ценз для кандидатов: рассматривали только тех, кто получил специальное образование в области коучинга, имеет личного супервайзера (то есть собственного коуча) и практикует на русском языке. Лучших из них мы выбрали на основании двух показателей. Во-первых, посчитали, сколько часов коуч проработал с клиентами за последний год — это говорит о его опыте и востребованности на рынке. Во-вторых, вычислили соотношение положительных и отрицательных клиентских отзывов о коуче — эта цифра, по нашему мнению, свидетельствует о качестве работы консультанта. Таким образом, у лучших практиков российского рынка большой опыт работы сочетается с хорошими клиентскими отзывами.

В список не попали известные тренеры, для которых коучинг является непрофильной услугой, а также некоторые распиаренные персоны, например авторы бестселлеров о коучинге: они не смогли предоставить данные о клиентах.
Итак, представляем десять специалистов — звезд российского коучинга (в нашем списке они расположены в произвольном порядке).

Рейтинг надежности площадок для торговли бинарных опционов:
  • Бинариум
    Бинариум

    1 место! Лидер на рынке — самый честный брокер бинарных опционов!
    Идеально для новичков — предоставляется бесплатное онлайн-обучение и демо-счет!
    Получите бонус за регистрацию по ссылке:

Переверзева Ирина

Возраст: 56 лет
Стаж в профессии: 8 лет
Средняя стоимость часа работы:$300—400

«В коучинг идут две категории людей, — говорит профессор ESMT Константин Коротов. — Это либо топ-менеджеры, желающие решить собственные проблемы, либо психологи, которые устали работать с больными людьми».

Директор департамента организационного развития компании Human Factors Ирина Переверзева — коуч-психолог. Она окончила психфак МГУ, защитила диссертацию по психологии и долгое время работала по специальности. На вопрос о том, кто ни при каких условиях не может стать ее клиентом, Ирина лаконично отвечает: «Психически больной человек». Основной задачей бизнес-коуча она считает не просто помощь клиенту в достижении цели, но и формирование необходимого для него поведения. Нужное поведение достигается с помощью множества методик, но Ирина чаще всего использует так называемое ролевое прототипирование, то есть вписывание проблемы подопечного в тот или иной сюжет. «Женщина-руководитель, окруженная мужским коллективом, говорит мне, что чувствует себя Красной Шапочкой, несущей пирожки через страшный лес с волками, — приводит пример Переверзева. — Я спрашиваю, станет ли лес более безопасным, если что-то изменить в сюжете, скажем, пригласить в команду охотника. На следующей сессии мы встречаемся, проговариваем сюжет снова, и волков становится меньше».

Яковенко Галина

Возраст: 50 лет
Стаж в профессии: 11 лет
Средняя стоимость часа работы: $600

У руководителя направления организационного коучинга компании «Тренинг-бутик» Галины Яковенко интересная специализация. Она уделяет особое внимание развитию эмоционального интеллекта у топ-менеджеров.

Как считает Галина, эмоции часто определяют результат действий сотрудника: в одном эмоциональном состоянии он может решить поставленную перед ним задачу, в другом — нет. «Проблема в том, что в современном деловом мире эмоции отвергаются», — говорит бизнес-коуч.

Развивать эмоции, как полагает Галина, нужно, меняя убеждения. По ее мнению, эмоциональный мир человека — это сложная структура, связанная с мировоззренческой картиной — комплексом представлений о самом себе и своем месте в мире. «Если происходящее вокруг соответствует ей, человек испытает положительные эмоции, если нет — ощущает эмоциональный дискомфорт», — поясняет коуч.

Недавно к Галине обратился владелец компании, который пожаловался на безынициативность нового топ-менеджера. Начав работать с менеджером, она выяснила, что тот от властного голоса своего жесткого босса впадал в состояние тревоги. Убедив подопечного в том, что критика и агрессия — это разные вещи, Галина смогла сгладить противоречия между управленцами и добиться от топ-менеджера проявления инициативы.

Савкин Александр

Возраст: 47 лет
Стаж в профессии: 16 лет
Средняя стоимость часа работы: $300—500

«Энергичный, живой и сексуальный» — так описывает себя глава Института коучинга Александр Савкин. Насчет последнего ничего сказать не можем, но в двух других качествах ему точно отказать нельзя. Савкин в работе — настоящий ураган.

Его профессиональное кредо: «Реально все, о чем ты можешь подумать и что для тебя важно». Именно поэтому он готов браться за решение самых сложных проблем. «Моя главная профессиональная компетенция — бесстрашие, — говорит Александр. — Я не боюсь умереть ради выполнения задачи». Это не пустые слова: в своей работе Савкину регулярно приходится многим рисковать.

Как-то раз он заключил пари со своим заказчиком — президентом Mirax Group Сергеем Полонским (у его компании дела тогда шли в гору). Полонский хотел уволить директора по продажам, которая не показывала нужного результата, а Савкин предложил свои услуги в качестве коуча этого менеджера. «Если она после месяца работы с тобой не сумеет заработать $1,5 млн для компании, я расскажу всем, что ты плохой консультант, а ты встанешь на ее место с минимальной зарплатой, — предложил Полонский. — Идет?» «Идет!» — ответил Савкин и приступил к решению задачи.

Оказалось, что для ее выполнения требовался не только индивидуальный, но еще и групповой коучинг. Чтобы директор по продажам смогла достичь нужного результата, необходимо было улучшить ее взаимодействие с подчиненными. «Для достижения синергетического эффекта я работал не только с ней, но и индивидуально с ключевыми продавцами», — говорит Савкин. Усилия бизнес-коуча дали свои плоды: через месяц отдел продаж принес компании $1,7 млн. «Умирать» не пришлось.

Бремон Валери

Возраст: 48 лет
Стаж в профессии: 4 года
Средняя стоимость часа работы: $500

Внешне управляющий партнер компании Do It Evolution Валери Бремон совсем не похожа на барабан. Но практикующая в России француженка почему-то чувствует внутреннее сходство с этим музыкальным инструментом.

«Чтобы издавать звук, барабан должен быть пустым. Чтобы подопечный добивался результатов, коуч не должен навязывать клиенту себя», — поясняет Бремон. По ее мнению, искусство коучинга заключается в том, чтобы задавать вопросы подопечному. Так можно довести «коучи» до исступления, но Валери непреклонна: если человек не может сам ответить на свой вопрос, консультант ему не поможет. Значит, у человека нет либо цели, либо желания ее достичь.

Путь в профессию для Валери тоже начался с вопроса. Будучи вице-президентом по слияниям и поглощениям в крупной французской корпорации, она прошла курс коучинга и обнаружила, что ей нравится заниматься развитием людей, а не покупкой компаний. Она спросила себя: «Чему я хочу посвятить себя — коучингу или M&A?» Выбрав коучинг и получив необходимые сертификаты, Валери задалась другим вопросом: «Как достичь успеха в новой профессии?» Ответ оказался неожиданным: «Надо переехать в Россию!» Наша страна была непаханым полем для коучинга, и Валери имела все шансы закрепиться на нем: в 1980-х она окончила филфак ЛГУ и прекрасно владела русским. Бремон прилетела в Москву и стала предлагать компаниям свои услуги. «Я хотела не только сделать карьеру, но и поднять российский коучинг на новый уровень», — говорит она.

Все сложилось легко — уже в первые месяцы ей удалось найти клиентов. О желании поднять российский коучинг на новую высоту она тоже не забыла. Валери планирует сделать это посредством ролевой игры «во взаимопомощь», в которой сотрудники сами возьмут на себя роль коучей. Раскрывать правила она отказалась, однако большую часть игрового времени участники будут задавать друг другу вопросы.

Самольянов Олег

Возраст: 44 года
Стаж в профессии: 8 лет
Средняя стоимость часа работы: $700—1400

«Способность к стратегическому мышлению, постоянство, структурированность, интровертность» — это отнюдь не описание требований к аудитору. Таким видит самого себя Олег Самольянов.

Будучи руководителем направления компании Exect Partners Group, он считает, что эти качества очень важны для его работы: коучу в первую очередь требуются аналитические способности. «Коучинг — это технология решения жизненных задач, нацеленная на достижение подопечным лучшего будущего», — поясняет Самольянов.
Эту задачу Олег решает с помощью разных технологий. Так, для структурирования работы он использует консалтинговые программы Coach2 и CoachCertified. Методы определяют и особенности задач, над которыми трудится Самольянов. Его подопечными становятся топ-менеджеры второго эшелона крупных корпораций. «С ними можно выдавать конкретный результат к определенному сроку, — говорит коуч. — В отличие от сложностей у первых лиц, их трудности чаще связаны с особенностями компании». Недавно Олег помог одному менеджеру адаптироваться на новом месте. Управленец пришел из организации с другой культурой. Одни сотрудники приняли его «на ура», другие — в штыки. Самольянов помог выработать ему нейтральный стиль управления, чтобы ублажить критиков и не потерять доверие сторонников.

Вобликова Елена

Возраст: 37 лет
Стаж в профессии: 9 лет
Средняя стоимость часа работы: $500
Елена Вобликова — «быстрый» коуч. В среднем ее проект состоит из шести встреч с клиентом (у других — около десяти). Такая скорость — следствие особого взгляда Елены на методы коучинга.

Она считает, что консультант в ходе работы может провоцировать клиента на самостоятельный поиск решения своих проблем. «Коучинг — это взаимодействие двух людей, в ходе которого один человек создает другому условия для развития, — объясняет Вобликова. — Иногда ради этого приходится ставить подопечного в некомфортное положение».
Такая тактика позволяет ускорить процесс. Например, во время одной из сессий клиент начал жаловаться Елене, что подчиненные не выполняют задачи, которые он перед ними ставит, и спросил консультанта: «В чем проблема? Как ваш коучинг может поспособствовать ее решению?» Вобликова ответила холодным молчанием, словно собеседника вообще не существовало. Он снова задал свой вопрос, но ее реакция была прежней. «Кажется, я понимаю, что такое коучинг, — сказал руководитель после пары минут раздумий. — Вы хотите, чтобы я сам сформулировал суть своей проблемы?» В конце концов менеджер пришел к выводу, что причина заключалась в нем самом: он был свято уверен, что подчиненные понимают смысл его заданий, хотя на самом деле это было не так.

Павличенко Елена

Возраст: 48 лет
Стаж в профессии: 11 лет
Средняя стоимость часа работы: $500

«Коуч — это либо спортивный тренер, который натаскивает клиента на успех, либо автобус, перевозящий человека от одной остановки на дороге жизни к другой, — считает Елена Павличенко. — Моя роль — вторая».

На профессиональном языке то, чем занимается Павличенко, называется «трансформационным коучингом». Для наглядности она предлагает другую метафору: «У гусеницы есть возможность стать бабочкой, а у каждого топ-менеджера есть определенный потенциал к изменению себя». Павличенко трансформирует клиента, перенастраивая в ходе совместных сессий его «ментальную карту» — комплекс представлений о мире и себе.
Поскольку потенциал «коучи» к изменениям ограничен, Елена чрезвычайно разборчива в выборе клиентов. Она не подписывает контракт, не пообщавшись с подопечным лично. «Не проникшись к человеку эмпатией, я не смогу разбудить в себе желание ему помочь», — объясняет Павличенко. Вызвать в ней это желание можно, выполнив три условия. Клиент сам должен хотеть измениться. Его «локус контроля» должен быть направлен во внутренний мир (то есть источник своих проблем подопечный должен искать в себе). «Наконец, я предпочитаю работать с личностями, находящимися на высокой стадии развития, — говорит Елена Павличенко. — Мне интересно, чтобы гусеница уже была в коконе».

Ферреро Анна

Возраст: 43 года
Стаж в профессии: 11 лет
Средняя стоимость часа работы: $150—350

Конек Анны Ферреро — работа с кадровым резервом. «Испытываю огромное удовольствие, когда подопечного повышают по службе», — говорит она. Развивает резервистов Анна необычными методами.

Так, она признается, что верит в силу интуиции. «Я всегда стараюсь установить невербальный контакт с «коучи», прочувствовать, на что он способен, а на что — нет», — утверждает она. За этим почти мистическим подходом стоит прагматическое соображение. «Входя в интуитивную связь с подопечным, я временно забываю все, что знаю о нем, — объясняет Анна. — Тем самым избавляюсь от власти первого впечатления, что помогает оценить потенциал человека более объективно и глубже вникнуть в ситуацию».
Метод дает неплохие результаты. Не так давно ей удалось решить проблему HR-менеджера, которая яростно сопротивлялась своему назначению на должность HR-директора. «Настроившись» на свою подопечную, Анна почувствовала, что женщине мешает ее страх. «Чего вы боитесь?» — спросила она коучи. Оказалось, что менеджер опасается оказаться хуже своего предшественника. «Она думала, что новый HR-директор должен во всем копировать старого, — говорит Ферреро. — Мне удалось убедить ее, что у каждого менеджера свои сильные качества. Сейчас она успешно работает».

Кузнецова Алла

Возраст: 47 лет
Стаж в профессии: 6 лет
Средний чек: $300—500

Управляющий партнер компании 3 Way Coaching Алла Кузнецова — представитель социальной группы, которую принято называть «глобальными русскими». Она смогла достичь успеха как в Америке, так и в России.

Главное влияние на карьеру Кузнецовой всегда оказывало образование, которое она получала. В 1990 году бывший преподаватель английского языка уехала в США. Получив в Колумбийском университете степень в области менеджмента, в 1997-м она возглавила Центр генома человека при этом же университете. Не имея бэкграунда в биологии, она создала команду из более 60 высококлассных ученых. В 2003 году Кузнецова ушла из центра. Пройдя практический курс коучинга в Колумбийском университете, Алла решила поменять профессию. Для этого пришлось вернуться в Россию. «Коучинг — это межличностное взаимодействие между консультантом и «коучи», — говорит Кузнецова. — Человеку иной культуры заслужить доверие американского подопечного очень трудно, а работать с русскими эмигрантами мне было неинтересно: рынок маловат».

Покорение российского рынка Алла начала в 2004 году, и оно далось ей легко. Но зато сейчас ее считают одним из лучших специалистов по карьерному развитию. Недавно она взялась за новое направление, оказавшееся востребованным менеджерами-экспатами, — кросскультурный коучинг.

Попова Ирина
Возраст: 35 лет
Стаж в профессии: 10 лет
Средняя стоимость часа работы: $100—300

К управляющему партнеру компании Action Space Training Group Ирине Поповой клиенты приходят с двумя вопросами: «Зачем я живу?» и «Что мне делать?». Это логично: Ирина специализируется на целеполагании.

Для нее самой дорога в профессию началась с кризиса в постановке целей. Попова владела небольшой компанией, предоставлявшей полиграфические услуги. Бизнес вышел на пик развития и начал приносить прибыль без деятельного вмешательства владелицы. Чтобы понять, чем заняться дальше, Ирине нужно было ответить на вопрос, какова ее цель в жизни.

Ответ, который она нашла, кажется наивным: «Я хочу сделать этот мир немного лучше». Но он не только подтолкнул ее к тому, чтобы заняться коучингом, но и повлиял на выбор методов. Запутавшимся в выборе цели подопечным Ирина задает три вопроса: «Каков мир сегодня и что будет с миром в ближайшем будущем? Что важно для мира сейчас и что будет важно спустя некоторое время? Чем вам нравится заниматься?» Тем самым она пытается убить сразу двух зайцев: найти востребованную окружающим миром деятельность, которая одновременно нравилась бы и клиенту. Выгоду получают и клиент, и мир.

Как всё устроеноКоуч в сегменте люкс

О жизненных установках успешных и богатых, деньгах и духовных практиках

The Village поговорил с коучем и тренером, работающим в бизнес-сегменте класса люкс, о том, почему люди готовы платить огромные деньги за мотивацию, зачем к нему обращаются топ-менеджеры, причем тут духовные практики и как обстоят дела с этим бизнесом в России.

Чуть больше десяти лет назад на тренинге я встретила страсть всей своей жизни. Я видела женщину на сцене, которая за три дня изменила жизнь 100 человек в зале. Я думала, что хочу так же делать вклад в жизни людей. Надо стать создателем в своей жизни того, что тебе важно, все возможно.

В коучинг-тренерстве я десять лет, из них пять — в люксе. Люкс — это конкретная область коучинга, довольно узкая ниша. Есть правительственный коучинг, есть коучинг семейных отношений, есть коучинг для отцов-одиночек. Я работаю как коуч с топ-менеджерами компании, помогаю им развить проект. Второе — я обучаю топ-менеджеров управлению в стиле люкс, то есть работаю как тренер по внедрению коучинговой культуры в компанию.

Я начинала работать как коуч с финансовой группой «Лайф». После этого меня схантила компания французского дома моды. Разумеется, я тогда начала еще глубже погружаться в люкс западной компании. Уже несколько лет все компании уровня Chanel, Dior, Louis Vuitton интегрируют коучинговый подход в управление. Потому что невозможно заставить людей быть креативными, любить свою работу, их можно вдохновить, поддержать. Коуч помогает это делать. Я зашла специалистом по коучингу, а вышла специалистом в коучинге класса люкс.

Где учат на коучей

Когда я пошла учиться коучингу, я возглавляла региональный филиал рекламного агентства. У меня была неплохая карьера, люди в подчинении, интересные проекты. Я понимала, как работает бизнес. Но это не приносило удовлетворения. На первом тренинге личностного роста у меня был шок, я поняла, что точно хочу заниматься этим.

Этому предшествовала драматичная история. Есть такой Владимир Шубин, один из самых ярких тренеров в России, он ведет трансформационные тренинги. Шубин пришел с тренингами в компанию «Мегафон», а мой мужчина работал там на одной из хороших позиций. И после этого тренинга он совершенно поменялся в своем поведении. Не в лучшую сторону, в неподконтрольную мне. Мы были три года в отношениях, он меня несколько раз звал замуж, а после прохождения тренингов стал другим человеком, привычные коммуникации не срабатывали. Я стала искать ответы на вопросы, почему я не могу со своим близким человеком быть в контакте, и сама пошла на тренинг. Многие вещи для меня раскрылись по-новому. С мужчиной мы расстались. Но он был моим проводником в новый мир, за что я ему бесконечно благодарна.

Мой тренинг длился полгода. Дальше я пошла ассистировать в команду тренинга. На этом пути я встретила человека, который уже был успешным тренером, и начала у него расспрашивать, как самой стать тренером. Меня отправили учиться на коуча. На тот момент для меня коучинг был возможностью получить любой сертификат, который даст мне право работать тренером. Я не осознавала, что коуч и тренер — это разные профессии с разными компетенциями.

Потом я попала в Международный Эриксоновский университет коучинга. Это одна из самых известных коучинговых школ в мире. Я окончила его и получила сертификацию в Международной ассоциации коучинга (ICF). Это говорит о высоком профессиональном уровне работы.

Мой мужчина после тренинга совершенно поменялся в своем поведении.

Не в лучшую сторону, в неподконтрольную мне

В нашей стране коучем называется кто угодно. Но есть международная федерация, у которой свои стандарты профессии. Коучинг связан с глубоким доверительным общением с клиентом, там много личной, интимной информации, профессиональных тайн. Любому коучу, как и врачу, надо соблюдать тайну клиента. Есть этические кодексы, есть уровень необходимых профессиональных компетенций. Благодаря ассоциациям поддерживается определенный стандарт профессии. Если человек хочет коуча, то я советую, хотя бы ACC (аббревиатура Международной ассоциации коучей ICF. — Прим. ред.), то есть аккредитированный коуч, а лучше PCC, то есть профессиональный коуч. На уровне MCC в нашей стране десять человек, год назад было только двое. PCC-коучей, как я, на всю страну порядка 60.

Чтобы попасть в число МСС, надо набрать 2,5 тысячи часов клиентской практики, сдать экзамены на соответствие компетенциям, причем на английском, предоставить записи коуч-сессий профессиональным менторам. Сложности связаны с тем, что коучинг завязан на лингвистическую систему. Те вещи, которые мы легко излагаем на родном языке, гораздо сложнее передать на другом. В нашей стране достаточное количество коучей, которые проходят по часам, но недостаточно тех, кто проходит по критериям компетенций: прямое общение, стимулирование осознания, активное слушание, коучинговое присутствие.

Коуч — это не тот человек, который сидит и задает вопросы. Это тот, который создает пространство для своего клиента. Пространство видения и резонанса собственных ценностей. Это очень непросто объяснить. Это в чем-то сравнимо с духовной практикой. Если вы откроете описание уровней компетенций международной федерации коучинга, то там есть формулировка « Коуч раскрывает перед клиентами более широкие перспективы и вдохновляет их на смену точки зрения и нахождение новых возможностей для действий». Если рассказывать языком НЛП (нейролингвистического программирования), в речи и языке человека заложены очень много информации о нем: что в его картине мира возможно, что в его картине мира абсолютно недостижимо. Если взять успешного миллионера и среднестатистического работягу, у них совершенно разные картины мира. Даже мы сейчас сидим, наши картины мира соприкасаются условно. У коуча должно быть максимально широкое представление о картине мира, чтобы она была способна вместить любую карту клиента, чтобы клиент быстрее получил результаты.

Как проходит работа

Нагрузка определяется в зависимости от целей и скорости движения клиента. В среднем, если клиент — чемпион, проводится одна встреча в пять-семь дней. Чемпион — это типаж человека, который заряжен на быстрое движение, у которого сильная, напористая энергия. Топ-менеджеры часто бывают такими.

В среднем клиенты, занимающиеся работой над личностными качествами, встречаются со мной раз в десять дней. Десять сессий — законченный пакет, пять сессий — минимальный пакет, за который можно увидеть изменения. Разумеется, есть разовые коуч-сессии, особенно они работают для постоянных клиентов. Они могут через три месяца сказать, что им нужна поддержка. И тогда я провожу одну сессию для решения определенного вопроса. Они могут снова через год объявиться, и мы начинаем работать над новой темой.

Конечно, они возвращаются. Есть клиент, который вернулся через четыре года. За это время он достиг огромных высот, стал управляющим партнером компании, но понял, что его больше не драйвят проекты. Его вклад был заметен, когда человек был лидером группы, а когда он стал топ-менеджером, вклад стал менее виден. Ему было важно нащупать драйв и получать результаты, которые его будут наполнять. Мы начали работать с этим. Есть примеры, когда человек понял, что он не хочет работать в бизнесе, уволился из компании, создал свое маленькое дело — это тоже радикальное изменение для человека. Есть история, когда женщина вышла замуж и родила двоих детей, хотя не было таких целей, женщина пришла с бизнес-вопросом. Но она поднимала эту тему в ходе коучинга.

Смена партнеров тоже бывает. Чаще всего человек врет себе, не хочет признаваться в определенных вещах. Через коучинг он может признать, чего хочет на самом деле, и завершить отношения. Смысл не в том, чтобы уйти из семьи, а в том, чтобы сохранить с человеком добрые дружественные отношения.

Есть статистика: если человек самостоятельно приходит к цели за год, то с коучем — за четыре месяца

На каждой коуч-сессии должен быть запрос клиента, что нам надо сделать за три, шесть месяцев. Например, одна клиентка звонила для подготовки к беседе с генеральным менеджером в тот момент, когда она собиралась увольняться из компании, для того чтобы встреча прошла максимально эффективно, чтобы расстаться в добрых отношениях. На рынке топ-менеджеров любая рекомендация может произвести очень разный резонанс.

В России люди сильно сопротивляются изменениям. Есть некая формула, как мы идем к изменениям. У нас должно быть недовольство текущей ситуацией, видение того, что мы хотим. Плюс мы должны делать первые шаги. Все это вместе пересиливает сопротивление изменениям. Клиенты часто приходят, когда перед ними стоит задача, которую они очень хотят решить, но не могут начать действовать. Есть понимание того, что нужно, но сопротивление столь сильное, что своих ресурсов не хватает. Есть статистика: если человек самостоятельно приходит к цели за год, то с коучем — за четыре месяца.

Мне при этом не надо ничего понимать про бизнес-процессы. Если человек спрашивает, как провести презентацию, я его отправлю на тренинг по проведению презентаций. Если человек говорит, что хочет провести презентацию с куражом, вовлечь людей, то это ко мне. Некоторых клиентов я отправляю на массаж. Ко мне приходят, мол, нужен коучинг, а я говорю: «Сходите к иглотерапевту, на массаж и потом, если после этого будет желание, приходите». Или: «Вам не ко мне, а на тренинг личностного роста». Или человек приходит со страхом публичных выступлений, я его отправляю на курсы ораторского искусства. Есть даже люди, которых я отправляю к психотерапевту, если вижу, что психологическое состояние, связанное с внутренней драмой, не позволяет идти вперед. И ему эффективнее будет отнести свои деньги хорошему психотерапевту, тот поможет решить проблему, которая тянется с детства. Для этого и нужен профессионализм коуча, понимание, где работают смежные профессии: где кончается моя работа, где начинается работа других специалистов.

Деньги и условия

Я работаю как индивидуальный предприниматель. У меня есть компании, с которыми подписан договор, что я буду столько-то раз появляться в офисе. Топ-менеджеры хотят видеть своего коуча лично. В мире свыше 80 % коучингов проходит удаленно — по телефону, скайпу и другим средствам связи. А русские люди любят смотреть друг другу в глаза, сидеть рядом, чуть ли не держаться за руки. Почему-то в нашей культуре это важно, особенно если люди платят большие деньги. При этом есть клиенты, которые спокойно общаются по видеосвязи в командировках, есть клиенты из Владивостока, Нижнего Новгорода, Чебоксар, других стран.

Сейчас моя корпоративная цена — 12 тысяч рублей в час. Когда я работаю лично с клиентом или это друзья друзей, делаю скидки. Особенно для региональных клиентов, там другая цена. Мои коллеги, коучи такого уровня, как я, работают в регионах за 3 тысячи в час.

Первую встречу я всегда провожу бесплатно. Когда мы знакомимся, то и у человека, и у меня есть право отказаться от взаимодействия. Есть люди, которых я отправляю к своим коллегам с другой специализацией. Если у клиента очень сильно не совпадают ценности с моими (обмануть партнеров, быстренько срубить бабла, создать репутацию, хотя репутация не соответствует компетенции), я не буду с этим работать. Я скажу, что это нарушает мои этические принципы. Изредка, но это бывает. Во-первых, эффективной работы не получится. Во-вторых, мне с этим неприятно работать. Я себе могу позволить выбирать клиентов. Так и говорю: «Знаете, вам, наверное, не ко мне». Мы подписываем контракт, в котором прописываются все условия сотрудничества, моральные и материальные. Я говорю: «В любой момент вы можете сказать „стоп“». Но я рекомендую, чтобы хотя бы занятия три прошло.

При первой встрече я спрашиваю, чего клиент хочет, почему он меня выбрал, кто рекомендовал, как видит для себя движение к цели. Это может быть получасовая встреча по телефону — при близкой рекомендации. Если человек — представитель крупной компании или холодный контакт (либо следил за мной долгое время в соцсетях, либо ему кто-то не очень близкий дал контакт), тогда я встречаюсь в кафе, беседуем о том, чего человек хочет, и потом мы с ним идем дальше или нет.

Я сразу рассказываю, что у нас будет десять встреч, они будут проходить с такой-то регулярностью, будут домашние задания, ваша задача — делать, моя — быть хорошим коучем. Я не могу заставить, я могу рекомендовать. Я должна в пространстве нашего взаимодействия повысить уровень осознанности, чтобы клиент увидел, где стратегии срабатывают, где он сам себе ставит барьер. Дальше он без меня спокойно может работать. Цель работы хорошего коуча — чтобы коучинг рано или поздно закончился. Когда контракт заканчивается, мы с клиентами расстаемся. Это не психотерапия. Мы работаем пять месяцев, в крайнем случае — год.

Для того чтобы постоянно развиваться в профессии, коучам необходима профессиональная поддержка. Иногда мы просим у клиента разрешение записать сессию на диктофон, чтобы получить обратную связь своего ментора. Это позволяет увидеть зоны роста, понять, как стать еще эффективнее. Разумеется, мы гарантируем клиентам полную конфиденциальность — и особенно при передаче записи третьим лицам, которые подписывают соглашение о неразглашении.

О коучинге в своей жизни

Чем более я проработана, тем лучше результаты у моих клиентов. Если коуч живет только в ментальном измерении, он вряд ли будет эффективен. У человека есть доступ минимум к четырем измерениям: телесному, эмоциональному, интеллектуальному, духовному. В идеале любой человек, взаимодействующий с другими, должен быть органично развит. Мои регулярные практики относятся ко всем четырем измерениям.

Работа с интеллектом — это получение дополнительного бизнес-образования, научных знаний. Это фактически нарабатывание базы, необходимой в профессии: знание методологии, инструментов, результатов научных исследований и открытий. Сейчас я учусь в магистратуре ВШЭ, изучаю бизнес-психологию, это еще одна квалификация.

Для тела я делаю массажи, йогу, эзотерические практики, посещаю динамические медитации Ошо. Тело — тот дом, в котором мы живем, оно очень хорошо отражает все внутренние процессы, протекающие в уме, сердце и душе.

Есть свое время и для работы с эмоциями — ретриты, семинары и тренинги в этом направлении.

Для контакта с духовным измерением хорошо помогает медитация, изучение духовных традиций разных культур и стран. Я посещаю встречи с мастерами разных религиозных и духовных традиций. Все практики позволяют выйти за рамки и увидеть, что истина, а что социальные шаблоны, в которые мы усиленно пытаемся втиснуться, при этом теряя большую часть жизни и энергии.

У всех успешных коучей есть мастера, которых не афишируют.

Потому что в бизнесе с опаской относятся к глубоко духовным практикам

Я езжу в другие страны для того, чтобы учиться у мастеров разных религиозных и духовных традиций. Мастер видит, что тебе нужно, и направляет. Если ты выбрал мастера, ты следуешь за ним, не задавая вопросов. Это как многие выбирают себе духовников. Коуч не дает советов, он помогает найти собственные ответы. Как я нашла своего мастера? Когда ты находишься в контакте с собственной целью, жизнь постоянно дает сигналы. Но большинство людей живут по строго выбранному маршруту. И когда ты сходишь с рейса, понимаешь, что мир огромен.

У всех успешных коучей, например у Мэрилин Аткинсон, основателя Международного Эриксоновского университета коучинга, есть мастера, которых не афишируют. В бизнесе с опаской относятся к глубоко духовным практикам. Но коучи находят способы креативно переупаковать их бизнесу.

Если вы покопаетесь в интернете, то узнаете, что очень много успешных звезд типа Мадонны прибегали к чему-то, выходящему за рамки обыденности: общению с шаманами, растениями силы, учителями. Тот же Стинг уже больше 20 лет работает с перуанским растением силы айяуаской.

Так как я родилась в России, я была христианкой. Спустя 11 лет на пути духовного поиска я обратилась к буддизму, затем индуизму, шаманизму. Сейчас я уважаю все мировые религии, все они про одно: взаимную любовь, уважение к миру, самореализацию, как нам всем жить в гармонии друг с другом. Я верю, что мы все — одно целое, мы просто забыли про это.

Про других коучей и правила жизни

Я отношусь к Энтони Роббинсу (оратор-вдохновитель и бизнес-тренер. — Прим. ред.) с безумным уважением. Найти способ работы с огромными аудиториями, таким образом применить инструменты НЛП, чтобы они срабатывали сразу на 15–20 тысяч человек, раскачать энергию, которой хватает на огромные залы, — я в восхищении. Если человек создал себе имя, значит, в этом что-то есть, он обществу дает то, что обществу нужно, оно это потребляет.

Например, он преподает очень глубокую медитацию благодарности сердца. В итоге зал из 20 тысяч человек медитирует на благодарности.

У меня есть друг, который живет в Америке, он входит в круг миллионеров Тони Роббинса, закрытая тусовка из 400 человек. Билетик стоит 100 тысяч долларов в год. Раз в месяц у них есть определенные тусовки. Там Тони Роббинс много говорит о социальном бизнесе, благотворительности, вкладе в этот мир. Он практически переупаковывает знания для того, чтобы люди из бизнеса поглощали их.

Хороший коуч в разговоре с богатыми, крупными клиентами всегда так или иначе подаст мысль о благотворительности. После коуч-сессии я разговариваю с очень успешными людьми, например, о кармическом менеджменте. Задаю клиентам вопрос: «Какая у вас миссия, когда вы умрете, что вы захотите оставить после себя?» Такие вопросы многих людей разворачивают к служению миру.

Я в рамках благотворительности провожу бесплатные коуч-сессии, езжу в регионы, когда мне друзья говорят, что там у кого-то непростая жизненная ситуация. И поддерживаю «Детскую деревню», регулярно перечисляю ей деньги.

Коуч-профессию во многом дискредитируют. Есть профессия, а есть отдельные профессионалы. Мне не стыдно за то, что я делаю. Что касается инстаграм-коучей, на данный момент это лучший выбор, на который они были способны. Осуждать других людей — это не коучинговый подход. Они делают что-то, что их поддерживает. Жизнь даст им обратную связь.

О том, как коуч помогает себе

Десять лет назад у меня было понимание, как должна выглядеть жизнь нормального человека. Сейчас нет. У меня есть мечта уехать на год в джунгли в Перу и пожить там с шаманами. Мечтаю, что я смогу оставить все, спокойно сесть в самолет и улететь.

Но план моих тренингов и проектов расписан на год: взаимодействие с клиентами, мастерами и проекты во ВШЭ. Я не могу встать и уйти. Я могу запланировать путешествие на 2020 год и сказать клиентам, что не буду в России, но я пока не ставила себе такую цель.

Мне всего 35 лет, жизнь не заканчивается завтра. Она многогранна. Детей я не завела. У меня не было такой цели. У меня было два продолжительных гражданских брака, которые я сама завершала в тот момент, когда понимала, что исчерпана в этих отношениях. Квартира и машина — с этим все гораздо проще. С доходами все прекрасно. Сейчас мой ежемесячный доход в пять раз превышает средний по Москве ( средний московский доход на сегодня составляет примерно 81 тысячу рублей в месяц. — Прим. ред.). Можно это считать мерилом успеха? Деньги приходят как обратная связь — в том направлении ты движешься или нет.

Я всегда могу выйти в коуч-позицию по отношению к себе. Плюс мои друзья — тренеры. Моя самая близкая подруга — коуч. Я ее могу попросить помочь, задать вопрос, когда ситуация реально очень травматичная, задевающая за живое и возможности на 100 % эффективно помочь себе нет. Любой коуч является по-настоящему коучем, когда у него есть свой коуч. Как любой психотерапевт обязан иметь собственного психотерапевта.

Сейчас мой ежемесячный доход в пять раз превышает средний по Москве.

Можно это считать мерилом успеха? Я не ставила себе такую цель

Я могу назвать много принципов, которые из профессии привнесла в свою жизнь. В первую очередь это пять принципов Милтона Эриксона: 1. Со всеми все в порядке. 2. У каждого человека есть все ресурсы для достижения поставленной цели. 3. Каждое намерение человека позитивно. 4. Каждый момент времени человек делает наилучший выбор. 5. Изменения неизбежны.

Надо понять, что в тот момент времени в той картине мира, которая у человека в голове, он не мог сделать ничего другого. В Африке есть племена, которые, если человек совершил преступление, начинают «возвращать ему силу». Они рассказывают, какой он на самом деле замечательный, в чем его ресурсы, случаи, когда он кому-то помог. И через это помогают принять ошибку человека, а не превращают его в животное и изгоя, который может лишь совершить более тяжкое преступление.

Удивительным образом человек — это единственное существо, которое человеком не рождается. Мы становимся людьми только в социуме. В зависимости от того, в каком контексте мы рождаемся, мы вырастаем определенным продуктом этого социума. Неудачников по природе не существуют. Есть люди, которые впитали неэффективные стратегии, убеждения, контексты. Исходя из них, строят свою жизнь, не зная, что можно по-другому. Любому человеку можно помочь изменить свои стратегии и стать успешным.

Даже в очень небогатой семье могут быть правильные убеждения, а в очень богатых семьях может быть неблагоприятный контекст для ребенка. Это зависит не от финансовых составляющих, а от духовного, интеллектуального развития того социума, в который попадает человек при рождении: родители, бабушки, дедушки, воспитательницы, нянечки, детский сад, школа.

Я убеждена, что каждый человек — автор своей жизни. Всегда есть внутренние силы, которые позволяют человеку с этим справиться и двигаться вперед. Актер Арнольд Шварценеггер был хилым больным мальчиком. А Милтон Эриксон переболел в подростковом возрасте полиомиелитом и разучился ходить и говорить. Я не считают, что неудачник сам во всем виноват. Но ты ответственен за все — да. Когда человек берет ответственность, то все в момент может перевернуть. Он перестает предъявлять претензии окружающим, и начинается другая история.

«Я надеялся стать гуру и заработать»: Вся правда о коучинге в России

Текст: Виктория Чарочкина, Специальный корреспондент

«Вы будете работать с собственными состояниями, чтобы их можно было надевать как любимую кофточку», — щебечет коуч Александра Грак, доброжелательная женщина примерно 30 лет. Мы полчаса обсуждаем по скайпу мою проблему: чувствую, что у меня снизилась продуктивность на работе. Грак заявляет: случай типичный, но решать его придётся долго. За свою помощь она просит 3000 рублей за сессию (длится около часа).

Заканчивая разговор, я спрашиваю, когда мы обсудим детали моей работы. До сих пор коуч просила только оценить степень удовлетворённости условиями труда и оплатой и даже не спросила, где и кем я работаю. Отвечает: «Мне в подробностях знать о вашей работе для коучингового процесса необязательно. Главное, чтобы вы сами понимали, о чём речь».
Это настораживает: днём раньше я общалась с Ириной Сорокиной, слушательницей магистерской программы для коучей НИУ ВШЭ, и она построила разговор по-другому (сессия проводилась бесплатно в рамках обучения коуча). На первой встрече в течение часа расспрашивала о карьерном пути и сути моей проблемы (ей я тоже пожаловалась, что ничего успеваю), обратила внимание на обстоятельства жизни вне работы.

Грак уже не студентка, именно по коучингу у неё есть несколько красивых сертификатов (три из четырёх она получила по итогам онлайн-курсов), но чем дальше мы говорим, тем сильнее всё происходящее кажется мне шарлатанством.

Коучинг в России появился не так давно — его расцвет начался во второй половине 2000-х. Как и на любом новом рынке, самозванцев и просто специалистов с низкой квалификацией хватает. «Секрет» разобрался, как устроена новая индустрия.

Что такое коучинг

Сейчас в России около 3000 сертифицированных коучей, а через пять лет нужно будет до 50 000, предсказывает ICF Russia Chapter, российское отделение Международной федерации коучинга (это самая большая некоммерческая организация, объединяющая больше 24 000 коучей в 117 странах мира). В этом прогнозе ICF, по словам его представителей, основывается на динамике спроса.

Пока профессионалов мало, деньги зарабатывают самозванцы, прошедшие подготовку на сомнительных вебинарах, двухнедельных курсах или просто написавших на визитке слово «коуч». Похожим образом когда-то развивался рынок услуг психотерапевтов и психологов — сейчас найти серьёзного профессионала нетрудно, но ещё десять лет назад под видом аналитиков часто выступали недоучки и любители эзотерики.

На самом деле даже специалистам сложно определиться, что такое коучинг и как он должен работать. Некоторые практикующие коучи считают, что их работа — тип психологического консультирования. Другие относят его к методам консалтинга и тренинга. Третьи называют себя философами.
Коучинг бывает личным и корпоративным. В первом случае клиенты к коучу приходят по собственной инициативе, во втором его нанимает компания (но работает он с сотрудниками при этом всё равно индивидуально). Диапазон цен — от 1500 до 15 000 рублей за сессию. Командный коучинг (это когда специалист работает с группой ключевых сотрудников) стоит в несколько раз дороже.

Как работает коуч? Клиент приходит к нему с наболевшим — это может быть конкретная проблема или абстрактное желание что-нибудь изменить. Коуч не даёт прямых указаний. Скорее он вместе с клиентом пытается найти путь к цели, задавая вопросы и помогая найти на них ответы. Советы — спорный момент. Некоторые коучи считают, что коллега, дающий советы клиентам, «возвышает себя и превращается в наставника». Другие говорят, что не давать никаких советов — это снять с себя ответственность за процесс.

Есть и другие компетенции, которые разные организации называют по-своему. Например, ICF выделяет 12 ключевых. Названия некоторых звучат диковато («активное слушание» или «проектирование действий»), но в целом позволяют составить представление об обязанностях специалиста. Например, он должен прозрачно объяснять клиенту процесс достижения результата, быть гибким и уметь создавать доверительную атмосферу, беспристрастно интерпретировать полученную от клиента информацию и т. д. В Эриксоновском институте считают, что коуч должен помочь клиенту сконцентрироваться на решении проблем в настоящем, а не на поиске причин неудач в прошлом. Ещё коуч должен уважать цели клиента и не навязывать свои. На кафедре психоанализа и бизнес-консультирования НИУ ВШЭ считают, что важнейшей составляющей коучинга является психоанализ. Мол, этот метод позволяет выделить и проработать бессознательные процессы, которые препятствуют профессиональному росту. Даже хрупкое общее понимание принципов коучинга — уже прогресс для рынка, который находится на начальной стадии развития. Первые коучи в стране появились около 20 лет назад, тогда как в США коуч-сессии проводились ещё в 1960-х годах. Оборот мирового рынка коучинга превышает $2,4 млрд. Половина — бизнес-коучинг, остальное уходит к женским коучам, коучам по здоровому образу жизни и другим. Это важная часть десятимиллиардного рынка продуктов и сервисов для саморазвития. Рынок коучинга №1 — Америка. Его оборот близок к $1 млрд. В среднем коуч там зарабатывает около $60 000 в год. Восточноевропейский рынок коучинга оценивается ICF в $70 млн, азиатский — в $113 млн. Выходит, что российская индустрия коучинга, которую пока отдельно никто не оценивает, вряд ли выручает больше $100 млн в год.

«Когда слышу слово «коуч», у меня аж мурашки по коже, становлюсь хищником и пытаю говорящих, к какому коучу они собираются», — усмехается серийный предприниматель Николай Фоменко. Его NVF Group Production занимается строительством, развивает салоны красоты и управляет другой недвижимостью. В Ростове-на-Дону, откуда Фоменко родом, коучи активизировались в 2020 году. В месяц, вспоминает он, появлялось около 15–20 новых коучей. Многие ещё не завершили обучение и должны были наработать часы практики. Правда, клиентам об этом они не говорили.

Фоменко в тот период казалось, что он достиг потолка в развитии своего проектно-строительного бизнеса, и он хотел понять, что делать дальше. Перепробовав около пяти человек, от каждого после неудачи он услышал, что надо найти «своего» коуча, который его «почувствует». «Уже потом я понял, что это оправдание», — говорит он. Сейчас предприниматель считает, что коучи «не смотрели на ситуацию со стороны, а примеряли её на себя». Но уровень их компетенций не соответствовал уровню развития предпринимателя, поэтому никак помочь они не могли. Разочаровавшись, Фоменко сам пошёл учиться на коуча и теперь применяет полученные знания в управлении.
Первая программа обучения коучингу в России появилась в 1998 году, ещё несколько открылось в первой половине нулевых. В основном в страну привозили западные технологии и приезжали зарубежные коучи — например, Мэрилин Аткинсон, основатель Эриксоновского университета (в России и СНГ это крупнейшая обучающая организация). Тогда переводчики отказывались использовать слово «коучинг» — говорили, что такого нет. Позже стали развиваться отечественные программы.

Есть адепты голографического коучинга — «метода консультирования, построенного на голографической парадигме Вселенной», который «объединяет в себе последние достижения квантовой физики и восточной философии».

Несмотря на противоречия, профессиональное поле коучей сформировалось, пришли международные ассоциации и аккредитованные ими программы. Сейчас минимальный срок обучения, который необходим для получения сертификата профессионального коуча, в ICF составляет 128 часов. Чтобы получить другие уровни сертификации, нужно наработать 100, 500 или 2500 часов практики (уровни АСС, РСС, МСС). Первых в России несколько сотен человек, вторых — около 50, последних — двое. Каждый год коуч должен подтверждать свою квалификацию: не менее 40 часов занятий. Такие требования у профессиональных организаций вроде ICF, Assocation for Coaching.
Но не все участники рынка считают сертификаты ассоциаций достаточным подтверждением профессионализма коуча. Например, профессор Андрей Россохин настаивает, что для работы коучем нужно высшее образование. В России такая программа одна, но в мире коучинг преподают как отдельную университетскую дисциплину (например, в INSEAD, Stanford Graduate School of Business, Портсмутском университете, Лондонском университете и других). Программа «Психоанализ и психоаналитическое бизнес-консультирование», которую Россохин запустил в Вышке, стала новым витком в развитии рынка. При этом ещё семь лет назад он не верил, что в России можно организовать высшее образование в области бизнес-коучинга. Тогда он работал в школе INSEAD на магистерской программе по психоаналитическому бизнес-консультированию вместе с профессором Манфредом Кетсом де Врисом, разработавшим психоаналитический подход к менеджменту. Именно Кетс де Врис предложил коллеге открыть подобную программу в России.

«Я несколько лет говорил Манфреду, что это вообще невозможно — образование в сфере коучинга здесь находится на самом раннем этапе развития, — вспоминает Россохин. — Люди после нескольких семинаров провозглашают себя коучами, а тут — двухлетняя программа. Я не хотел тратить время». Теперь его программа — среди лидеров магистерских коммерческих программ в России, за пять лет у неё более 250 выпускников, среди которых есть и ветераны коучинга. «Да мы все там учились», — вспоминает экс-президент ICF и основательница Европейского центра бизнес-коучинга Наталия Долина.

Параллельно с профессиональным развивался и дикий сегмент рынка. Андрей Россохин сравнивает развитие коучинга в России с тем, как развивалась психология: после распада СССР в страну стали приезжать иностранцы с самыми маргинальными и псевдонаучными направлениями. Семинары по НЛП тогда собирали по 200–300 человек. «Пара семинаров — и ты психолог, образование не нужно, можешь лечить любые проблемы за пять минут», — иронизирует Россохин. Но прошло несколько лет — и клиенты стали искать специалистов с профильным образованием, а приверженцев боевого НЛП и других псевдонаучных дисциплин отметать. Зато сомнительные методики перекочевали в коучинг.

Расцвет шарлатанства начался в конце нулевых вместе с популяризацией коучинга. Этому способствовал кризис — как в 90-е процветали экстрасенсы, так и несколько лет назад на сцену вышли разные волшебники для бизнеса.

Например, есть адепты голографического коучинга — «метода консультирования, построенного на голографической парадигме Вселенной», который «объединяет в себе последние достижения квантовой физики и восточной философии». Его основатель Зина Йенсен-Маар утверждает, что материальный мир представляет собой «гигантскую голограмму, созданную мыслями и эмоциями человека». Теория голографической Вселенной действительно существует, но Йенсен-Маар, во-первых, использует её как доказанный факт, а во-вторых, дополняет и обещает научить «улыбаться голограмме» так, чтобы «реальность изменилась в ответ».
«По-настоящему учиться долго и дорого, нужно инвестировать в себя и обучение. Однако люди часто верят, что достаточно овладеть простейшими техниками, что-то схватить и можно быстро зарабатывать деньги»Некоторые коучи используют тета-хилинг, энергоинформационное целительство, солопрактику и тому подобные аттракционы. Главная фишка этих техник — скорость. Если человек захочет решить свои проблемы с помощью коуча и НЛП, ему пообещают всего несколько сессий. Если человек захочет стать коучем-солопрактиком, ему тоже посулят, что он освоит курс за несколько недель.

«Коуч сказал, что я сразу почувствую изменения, буквально через неделю. Но я почувствовала только свои эмоции, а не результат», — старается сформулировать помягче Валерия Ежкова, основательница школы иностранных языков La Maison De Valerie. Когда она работала PR-директором в крупной международной компании и думала открыть своё дело, знакомые посоветовали специалиста, который брал 60 000 рублей в месяц. Но Ежкова нашла другого: «Это был начинающий коуч. Он привлёк дешевизной: зачем платить ежемесячно 60 000 рублей, если можно неделю походить на занятия по 2000 рублей?»
Через неделю она не очень далеко продвинулась в решении своей проблемы, чувствовала только злость и от коуча решила уйти. Сейчас встречается с другим специалистом раз в месяц и уже не ждёт быстрых изменений. У прошлого коуча, вспоминает она, было сразу два сертификата, но, видимо, получить их без психологического бэкграунда не проблема.

«Посчитайте, сколько в комнате чёрных предметов», — предлагает ведущая вебинара школы Virtus Coach. Участники отправляют число в чат. Ведущая предлагает по памяти написать число белых предметов в комнате, а потом сосчитать их. Удивлённые участники пишут, что их оказалось гораздо больше, чем они думали, и ставят много восклицательных знаков. Ведущая торжествующе подводит итог: вы фокусировались на чёрном, а не на белом, так же и клиенты фокусируются на негативе, а надо заставить их увидеть возможности. Ещё один её урок — посмотреть на проблемную ситуацию с трёх сторон: своими глазами, глазами человека со стороны и «глазами мудреца». Именно с позиции последнего, говорит ведущая, должен и смотреть на клиента коуч.

Полтора часа вебинара проходят в таких упражнениях, слайдах о том, что такое закрытые и открытые вопросы, а ближе к концу начинается рассказ об этапах коуч-сессии. За 20 часов занятий, которые стоят 10 000 — 20 000 рублей (в зависимости от формата), академия обещает обучить слушателя технологиям коучинга. Для сравнения: такого результата в ВШЭ обещают достичь только через два года полноценного обучения с постоянной практикой и её разбором. Например, каждую неделю ученики смотрят видео сессий с топ-менеджерами и обсуждают их, а также проводят сессии сами — каждую из них потом супервизирует преподаватель.
«По-настоящему учиться долго и дорого, нужно инвестировать в себя и обучение. Однако люди часто верят, что достаточно овладеть простейшими техниками, что-то схватить — и можно быстро зарабатывать деньги», — комментирует разные форматы обучения Андрей Россохин. Курсов «коучинга за несколько недель» действительно много, хотя в ICF аккредитовано только 11 программ (есть ещё несколько центров, которые признаны в профессиональном сообществе).

Остальные коучи объединяются в дублирующие ассоциации с названиями вроде «Международная ассоциация русскоговорящих коучей» и «Международная ассоциация голографического коучинга и менторства». Этими названиями щеголяют курсы, которые предлагают научиться коучингу онлайн и быстро. В ICF объясняют, что у таких организаций нет стандартов и понимания коучинга как отдельной дисциплины, а даже если они где-то и прописаны, то никто не следит за соответствием.

Те же люди, что в конце нулевых учили пикапу, а потом тому, как получить быстрые деньги и стать предпринимателем, теперь стали рассказывать, как проводить коуч-сессии. Причём многие из них и сами не проходят соответствующего обучения, говорит координатор сертификационных программ Эриксоновского университета Ирина Кадочникова: «Статистики нет, но часто появляются люди, которые просто прочитали одну книжку или вообще прошли одну коуч-сессию и решили: я уже слышал, какие вопросы коуч задаёт, и я тоже так могу».

Некоторые заявляют, что клиент просто не понимает, что такое коучинг. Другие говорят, что клиент сопротивляется изменениям. Третьи считают, что он не готов брать ответственность на себя. На волне популярности стали запускаться программы, имеющие мало отношения к коучингу. В 2020 году инфобизнесмен Андрей Парабеллум запустил «Коучинг на миллион», где предлагал сделать участников миллионерами: речь шла об обучении предпринимательским навыкам, это даже близко не было похоже на коучинг.

Ижевский предприниматель Зуфар Гарипов прошёл у Парабеллума и бизнес-тренера Николая Мрочковского другую программу. В 2020 году у него был убыточный бизнес на производстве одежды. Гарипов искал деньги и наткнулся на тренинг, который обещал за три недели превратить его в инфобизнесмена. «Я надеялся стать гуру и заработать», — вспоминает он. Уже в первую неделю после окончания курса он заработал 45 000 рублей и очень впечатлился. Себя он называл и тренером, и коучем, однако сейчас признаёт: коучинг — это не то, чем он занимался.

«Качество продукта, который я предоставлял, было не очень», — говорит Гарипов. Вскоре его стало огорчать, что помочь всем не получается, удовольствия от дохода не было, а тут как раз подвернулась возможность для нового бизнеса, и Гарипов с головой ушел в своё дело (сейчас он гендиректор сети кофебаров «Кофе Лайк»).

Гарипов говорит, что разочаровался в коучах и тренерах, и теперь советуется только с состоявшимися предпринимателями: «В бизнесе всё не так просто, как я когда-то рассказывал. На тренинге меня учили, что есть пять правил, которых надо придерживаться, и всё будет хорошо. Но сейчас я знаю, что бизнес — гораздо более сложный организм».
Такие программы дискредитируют понятие коучинга (у которого и так трудная судьба). В профессию приходят люди, которым кажется, что стать коучем легко.

«Для них нет никакой разницы — что ты прошёл курс за три дня, что программу за несколько месяцев. Мозг таких горе-коучей вмещает вот столько, а нужно вот столько, — разводит руками маркетолог Анастасия Вяткина, которая помогает инфобизнесменам с продвижением. — И потом все вокруг говорят, что коучинг не помогает. А почему? Потому что это уровень психолога на кухне с рюмкой водки».

Рынок и общество

Большинство тех, кто быстро и при этом поверхностно обучился модной профессии, не сомневаются в своих знаниях. Примеров осознания своей некомпетентности мало. Этому способствуют и клиенты. Многим достаточно того, что кто-то их просто выслушал.

Если клиент разочарован, ему говорят, что он пришёл не к тому специалисту, или обвиняют в глупости. «Одна из любимых отмазок инфобизнесменов: ты тупой, — смеётся Вяткина. — Им говорят: но вы же гарантировали, что я — то, у меня будет это… А они в ответ: да, но ты же тупой».

Некоторые заявляют, что клиент просто не понимает, что такое коучинг, и пришёл не к тому специалисту. Другие говорят, что клиент сопротивляется изменениям. Третьи считают, что он не готов брать ответственность на себя. «Единственный приемлемый клиент, который им остаётся, этот тот, который будет смотреть в рот, — возмущается Россохин. — Вообще-то это наша работа — помочь человеку понять что-то, открыться новому, взять ответственность на себя. И преобразовать это всё в изменения в своем бизнесе. А если он ко всему уже готов, зачем нужен коуч?»

Впрочем, Россохин не опасается, что дилетанты и шарлатаны дискредитируют профессию: «Коучинговая культура будет постепенно расти, увеличится спрос на профессиональных коучей с высшим образованием, супервизиями и рекомендациями».

Как любой новый и быстроразвивающийся рынок, рынок коучинга переживает кризис доверия, а опытным профессионалам взяться просто неоткуда — профессия слишком молода. Точно такой же путь проделал рынок психотерапии, а до него — маркетинга: специальность появилась ещё в середине XIX века, но её подлинная ценность обнаружилась только в 1950-х.

Список надежных брокеров бинарных опционов на русском языке:
  • Бинариум
    Бинариум

    1 место! Лидер на рынке — самый честный брокер бинарных опционов!
    Идеально для новичков — предоставляется бесплатное онлайн-обучение и демо-счет!
    Получите бонус за регистрацию по ссылке:

Добавить комментарий